
Арлекин и Тумблер Два
GB
Рисунок, выполненный графитом, пастелью и карандашом из серии «Арлекины и акробаты», часть проекта «На цирк всегда нужно смотреть сверху вниз»
€ 250
Ian Latham' - больше работ
Чарльз Буковски сказал: «мы все умрём, все до единого, вот это цирк!» — по крайней мере, так утверждает интернет; у меня есть несколько сборников Буковски, но я не могу найти эту цитату. Буковски — один из тех писателей, у которых, кажется, сотни публикаций, так что она может где-то существовать. Я читаю Буковски из-за манеры, в которой он работает, — непрерывного производства текста без, по всей видимости, какого-либо контроля качества в процессе. Меня больше всего раздражало, когда я преподавал, что люди не могли понять: создание чего-либо происходит поэтапно и требует редактирования. Это итерационный процесс. Мне также нравится, как Буковски бросает мысль и несётся с ней, следуя по пути, который она прокладывает к тому, чем всё в итоге заканчивается. Приведённая выше цитата продолжается так: «уже только это должно было бы заставить нас любить друг друга, но этого не происходит. Нас терроризируют и придавливают мелочи, нас пожирает ничто.»
Есть очевидная метафора жизни в образе цирка: закулисное существование и показное присутствие на арене, бесконечные репетиции до того, как зрители увидят результат, и ощущение отдельности — принадлежности к сообществу, которое не является частью общей массы людей, ощущение выхода за её пределы. (Написал ли я когда-нибудь более длинную вереницу клише?)
Цирк — а всё вокруг есть цирк — нужно наблюдать сверху. Следует смотреть вниз на исполнителей и публику, часто замораживая действие, чтобы созерцать нелепые пируэты и кувырки.
Нужно наблюдать за бесцельными вращениями, аплодировать им, а затем делать свой выбор, подобно беккетовскому «Моллою»: «[…] Я набрёл на своего рода перекрёсток, знаете ли, звезду, или цирк, из тех, что встречаются даже в самых непроходимых лесах. И методично поворачиваясь лицом к расходящимся тропам по очереди, надеясь на что — сам не знаю, я описал полный круг, или меньше круга, или больше круга — настолько велико было сходство между ними.»